А что волнует мужчин в этом возрасте? В первую очередь, конечно, женщины. Потом – работа, деньги, успех, популярность (это – если работаешь в шоу-бизнесе, а мы, ведь, именно в нем и работаем), зависть, и иногда – мысли о своей профессии (если попал в нее не случайно). Всё это мы, на всякий случай, записывали… ну, как чувствовали... Мы говорили, говорили… и вдруг набрели на идею, которую Саша Демидов сформулировал словами «а вдруг это мы умерли?». После этого мы перешли к сочинению пьесы, впоследствии ставшей «Кроликами», а страниц тридцать материала остались лежать до лучших времен… Но бросать наговоренное было жалко. Драматургии, из этого, конечно, никакой не складывалось (да так и не сложилось), но сами мысли были нам дороги – уж больно искренни были и от души. И мы, в конце концов, продолжили – и говорить, и записывать.

Этот процесс – вместе с последующей шлифовкой литературного материала – доставил нам настоящее наслаждение. А вот, казалось бы, логичное (ведь мы же театр, как-никак) желание сделать из этого спектакль надолго поставило нас в тупик. «Хорошо Гришковцу, – рассуждали мы. – Он один вышел на сцену, и все, что написал, сам и произнес. А нам что делать? – хором, что ли, все это говорить?».

Последние три недели перед премьерой, уже заклеив всю Москву афишами, мы судорожно переводили сто с лишним страниц плотного «машинописного текста» в вид, пригодный к исполнению на сцене. Знаете? – а, кажется, перевели. Нет, страниц там все равно гораздо больше, чем нужно (сокращать будем уже по результатам первых показов), но какую-то форму это, кажется, вот-вот обретет. Мы попытались найти и, возможно, нашли способ передать наши мысли, причем, передать напрямую, не облекая их в аллюзии, аллегории и прочую белиберду, которая представляется необходимой большинству театральных деятелей – особенно тем, кому нечего сказать. Одним словом, в ближайшее время мы обстоятельно выскажемся по большинству волнующих нас вопросов. А что нас сейчас волнует? Ну, в первую очередь, конечно, женщины, потом работа, успех… вам не кажется, что мы это уже где-то говорили?